86dd9555-b316-4173-b7e1-70722713f06c

Правда и мифы вокруг песни «Священная война»

Официальная история песни такова. 24 июня «Известия» и «Красная звезда» опубликовали стихи В.И. Лебедева-Кумача «Священная война».

На следующий день их прочитал Александр Васильевич Александров, руководитель Краснознаменного ансамбля песни и пляски РККА. Они так потрясли композитора, что он тут же написал к ним музыку.

Удивительно, как быстро была сочинена эта великая песня! Видно, такова сила вдохновения, концентрирующая человеческие возможности. Так Руже де Лиль, «гений одной ночи», за несколько часов сочинил слова и музыку «Марсельезы». Но вот писатель Виктор Суворов, убежденный, что Сталин планировал сам в июле начать войну против Гитлера, в одной из своих книг пишет, что некоторые представители творческой интеллигенции еще зимой получили задание сочинить нечто такое, что воодушевляло бы советский народ на подвиги в скорой войне. В апреле Главное политическое управление рассмотрело некоторые плоды их творчества, и была среди них якобы и «Священная война». Так что вроде бы «гениев одного дня» не получается, песня была готова двумя месяцами раньше.

Но как бы то ни было, 27 июня на Белорусском вокзале перед уходящими на фронт солдатами ансамбль в первый раз спел «Священную войну». Могучая мелодия, исполненные силы слова потрясли сразу, после первого куплета все, как по команде, встали. Песню пришлось исполнить целых пять раз подряд!

Однако нужно с горечью признать, что происхождение одной из самых дорогих реликвий нашей истории небезупречно. Только в 1991 году стало возможным открыто сообщить то, о чем поговаривали уже давно, — имя настоящего автора слов песни. В журнале «Столица» № 6 появилась статья журналиста А. Мальгина, в которой рассказывалось об учителе А.А. Боде, который написал «Священную войну» еще в 1916 году.

Род де Боде прославился своими военными подвигами. В конце XVIII века барон Карл де Боде приехал в Россию. С этого времени российская ветвь протестантских баронов, отказавшись от военной карьеры, посвятила себя труду исключительно мирному.

Александр де Боде, будущий автор песни, родился 22 марта 1865 года в городе Клинцы Черниговской губернии. После окончания в 1891 году филологического факультета Московского университета Александр стал преподавать древние языки в Лифляндии, в гимназии города Аренсбурга. Женился на дочери коллежского советника Надежде Ивановне Жихаревой, приняв перед этим, по настоянию родителей невесты, православную веру.

О том, что молодой преподаватель древних языков довольно успешно справлялся со своими обязанностями, свидетельствует тот факт, что уже в мае 1895 года Александр Боде (частичку «де» он, должно быть, потерял при крещении в православие) получил чин титулярного советника, а через 20 лет стал коллежским советником, что согласно Петровскому установлению о рангах соответствует воинскому званию полковника. Не обделен был преподаватель и наградами: орден Св. Станислава 3-йи 2-й степени, Св. Анны 3-й степени.

В 1906 году А. Боде был переведен учителем русской словесности в Рыбинск, где и встретил начало мировой войны. Эшелоны уходили на фронт под звуки «Боже, царя храни» и «Прощания славянки», а прибывали оттуда с ранеными уже без оркестров. Александр Боде, «русский гугенот», радовался победам русского оружия и тяжело переживал поражения. Именно тогда и родились удивительные строки, которые спустя 25 лет стали словами знаменитой песни. Вот ее первоначальный текст:

Вставай, страна огромная, Вставай на смертный бой
С германской силой темною, С тевтонскою ордой.
Пусть ярость благородная Вскипает, как волна,
Идет война народная, Священная война.
Пойдем ломить всей силою, Всем сердцем, всей душой
За землю нашу милую, За русский край родной.
Не смеют крылья черные Над родиной летать,
Поля ее просторные Не смеет враг топтать!
Гнилой тевтонской нечисти Загоним пулю в лоб,
Отребью человечества Сколотим крепкий гроб.
Вставай, страна огромная, Вставай на смертный бой
С германской силой темною, С тевтонскою ордой.

Но тогда песня так и не была востребована. Возможно, свою роль сыграло то, что жил автор в захолустье, а может, к тому времени в стране уже возобладали антивоенные настроения.

Вот как его дочь Зинаида вспоминает о последних годах жизни Александра Адольфовича, которые он провел в поселке Кратово под Москвой: «Отец стал говорить о неизбежности войны с Германией: «Чувствую я себя уже слабым, а вот моя песня «Священная война» может еще пригодиться». Считая поэта-песенника В.И. Лебедева-Кумача большим патриотом, отец решил послать ему свою «Священную войну». Письмо со словами и мотивом песни было отправлено в конце 1937 г., но ответа не было. В январе 1939 г. отец умер…»

Выходит, поэт-песенник послание от Боде получил. И когда пришел час, выбросил из песни куплет «Пойдем ломить всей силою…», заменив его другим: «дадим отпор душителям всех пламенных идей» (как же без идей-то!), исправил «тевтонской» на «фашистской», «германскою» на «проклятою». И подписал: «В. Лебедев-Кумач».

Надо сказать, что грешок этот за ним не единственный. Его еще обвиняли в том, что присвоил слова популярного довоенного фокстрота «Маша», записанные жительницей Ялты Ф.М. Квятковской, говорили, что стихи, удивительно похожие на «Москву майскую»(«Утро красит нежным светом…»), были опубликованы в журнале «Огонек» еще до революции.

Но как подумаешь, что мог ведь Василий Иванович написать какой-нибудь свой текст, и тогда это могучее «Пусть ярость благородная вскипает, как волна…» мы никогда бы не узнали и никогда не спели, то даже хочется сказать ему спасибо…

По материалам М. Сторожева

Поделиться ссылкой: