639614989

О чём Брежнев договорился с Картером в 1979 году?

Уникальная история спасения хасидской святыни и переговоров Брежнева с Картером в 1979 году

Анатолий Добрынин, посол СССР в США с 1962 по 1986 годы, в своих мемуарах вспоминает, как удалось осуществить прорыв в Вене на переговорах об ограничении стратегических вооружений: «О том, что существовали известные потенциальные возможности в этом направлении, свидетельствует следующий эпизод в ходе встреч в Вене. 17 июня Картер передал Брежневу набросок новых предложений, которые предусматривали далеко идущие шаги после ОСВ-2. Надо сказать, что передача этих предложении носила довольно своеобразный характер. Это было сделано Картером не в ходе официального утреннего заседания, а после него, когда он вместе с Брежневым спускался в лифте в американском посольстве. Сами предложения были изложены на странице из жёлтого блокнота с правкой самого Картера».

Но о гораздо более пикантной истории, участником которой был он сам, Добрынин умалчивает. А связана она не с ракетами, а с евреями, точнее, с брацлавскими хасидами, которые на прошлой неделе штурмовали украинские границы в надежде попасть в город Умань, на могилу своего учителя – рабби Нахмана.

Казалось бы, 1979 год, Картер, Брежнев, стратегические ракеты… Какая вдруг Умань? Причём здесь хасиды?

О, это история как раз о том, как мал наш мир, сейчас и тогда…

Дело было в том, что городские власти Умани затеяли перестройку центра города. Конечно, это был провинциальный советский сюжет, который никак не мог стать Большой Историей. Но эта самая перестройка с маленькой буквы задевала и улицу Пушкина, на которой находится могила рабби Нахмана. После реконструкции святое для многих десятков тысяч евреев место должно было исчезнуть. Коммунисты, как известно, не щадили святыни никаких религий.

Страшная новость пришла в Америку. Брацлавские хасиды стали искать выходы на Белый дом, чтоб хоть как-то повлиять на советских безбожников. Но их возможности оказались весьма скромными. Находясь в отчаянии, они обратились к Любавичскому ребе. Тот мгновенно откликнулся и посоветовал в письме встретиться с раввином Пинхасом Тайцем.

Как оказалось, раввин Тайц чудом (иначе не скажешь!) был будто специально подготовлен для этой миссии.

«Когда кандидат в президенты Джимми Картер выдвинул свою кандидатуру на выборах, его шансы против действующего президента Форда расценивались низко. В начале предвыборной гонки его почти никто не принимал всерьёз – он был малоизвестным губернатором Джорджии – небольшого штата на юге страны.

Но один человек придерживался иного мнения, – пишет историк Хаим Брук. – Это был Любавичский ребе. Во время одной из встреч с Пинхасом Тайцем ребе дал ему указание укрепить связи с Джимми Картером, так как это может помочь в будущем.

Не задавая лишних вопросов, Тайц пригласил Картера на торжественный обед в его честь, на котором должны были быть многие религиозные и общественные деятели, меценаты и раввины. Такое приглашение Картер получил впервые за всё время своей предвыборной гонки и был очень рад проявленному к себе вниманию.

Никто в то время не мог подумать, что это указание Ребе приведёт через пять лет к спасению могилы рабби Нахмана…»

Тайц показал хасидам письмо, на нём были подписи Роберта Липшуца – советника президента по еврейским вопросам – и самого Джимми Картера. В письме говорилось, что раввин Тайц может обращаться к Картеру с любыми проблемами.

И это был тот самый случай!

«Через две недели в Вене должны были начаться переговоры Брежнева и Картера. Было решено использовать этот момент встречи двух лидеров мировых держав для спасения могилы рабби Нахмана, – продолжает Брук. – Оставалось только найти возможность и объяснить Картеру и его советникам важность святого для всех брацлавских хасидов места.

О чём Брежнев договорился с Картером в 1979 году?

Тайц предложил обратиться к Арье Каплану – магистру по физике и известному популяризатору иудаизма, часто цитировавшему в своих статьях высказывания рабби Нахмана из Брацлава. Каплан написал убедительное письмо, которое и отправили помощнику президента Роберту Липшуцу. Через два дня был получен ответ, в котором говорилось, что всё будет в порядке, и президент Картер обсудит с русскими этот вопрос».

А буквально перед отлётом делегаций в Вену советский посол Добрынин, связавшись с Белым домом, сообщил, что в Кремле приняли решение не трогать улицу Пушкина, на которой находится захоронение праведника из Брацлава!

Так что к моменту неожиданного разговора в лифте у президента Картера и генсека Брежнева уже было одно общее доброе дело: особый контакт установился. Через несколько дней были подписаны соглашения об ограничении стратегических вооружений, благодаря которым опасность перехода холодной войны в горячую на несколько лет отошла в тень.

Павел Прошин

Поделиться ссылкой:

Оставьте ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.