2020-08-20_12-25-25

«Августовский шторм» или как надо заканчивать войны

К открытию второго фронта в Европе, что облегчило бы положение Красной армии в противостоянии с нацистской Германией, три года кряду склонял союзников Верховный главнокомандующий РККА Иосиф Сталин.

Их высадка в Нормандии произошла 6 июня 1944 года – когда всего четыре месяца оставалось до изгнания последних соединений гитлеровцев с территории СССР, а исход войны был совершенно ясен: справимся с Третьим рейхом и без них.

Того же самого ровно столько же – три года – домогались союзники и от СССР: открыть второй фронт против японцев на Дальнем Востоке. Сталин «сдался» во время проведения Ялтинской конференции союзных держав (4-11 февраля 1945 г.), твёрдо пообещав объявить войну Японии не позднее трёх месяцев после окончания боевых действий в Европе. «Уступка» союзникам была оформлена в виде трёхстороннего соглашения, где чётко оговаривались права и преимущества Советского Союза в случае его вступления в войну. В сумме они гарантировали возвращение СССР, правопреемнику императорской России, былого влияния в Восточной Азии, на Дальнем Востоке и Тихом океане, утраченного вследствие несчастливой Русско-японской войны 1904-1905 годов.

«Августовский шторм» или как надо заканчивать войны
Протокол Ялтинского соглашения, подписанный Сталиным, Рузвельтом и Черчиллем, гарантирующий Советскому Союзу права и преимущества в случае вступления в войну на Дальнем Востоке

Президент Соединённых Штатов Франклин Делано Рузвельт, политик мудрый и дальновидный, поставивший свою подпись под всеми Ялтинскими соглашениями, прекрасно понимал и справедливость требований советской стороны, и ту громадную, неоценимую роль, которую мог сыграть СССР, войдя, по сути, в американо-японский конфликт.

Время подтвердило правильность его выводов. Высадка американцев на первый из японских островов – Окинаву – 1 апреля 1945 года повлекла за собой 82 дня кровопролитнейших боёв и гибель свыше 40 процентов участников сил вторжения. Более на подобные акции янки не решились ни разу.

Исходя из анализа боевых действий, верховный командующий союзными войсками генерал армии Дуглас Макартур дал прогноз: в случае если Советский Союз не поможет, война с Японией продлится от полутора-двух до целых семи лет и будет стоить жизней миллиона американских военнослужащих.

Руководство СССР было настроено скрупулёзно выполнить принятые на себя союзнические обязательства. 5 апреля 1945 года нарком иностранных дел Вячеслав Молотов принял посла Японии в СССР Наотакэ Сато и сделал ему заявление о денонсации пакта о нейтралитете между СССР и Японией.

Примерно тогда же в Ставку Верховного главнокомандования был приглашён командующий 3-м Белорусским фронтом Маршал Советского Союза А.М. Василевский, под чьим руководством только что был блестяще осуществлён штурм «неприступного» Кёнигсберга и завершался разгром «непобедимой» Земландской группировки немецких войск в Восточной Пруссии. Сталин напомнил Александру Михайловичу о планировавшемся ещё летом 1944 года назначении его главнокомандующим советскими войсками на Дальнем Востоке. Теперь для этого пришел срок, и с 27 апреля 1945 года Василевский включился в практическую разработку плана войны с Японией.

На Дальний Восток пошли эшелоны с техникой, материалами и личным составом. Пропускная способность Транссибирской магистрали оставалась весьма ограниченной, и для накопления необходимых для ведения войны ресурсов требовалось время. Забайкальский и Дальневосточный фронты, на протяжении всей войны сдерживавшие агрессию Японии по отношению к СССР, были значительно усилены и реформированы: первый из них получил весной и летом 1945 года дополнительно армию ПВО, 39-ю и 53-ю общевойсковые, 6-ю гвардейскую танковую армии и конно-механизированную группу генерал-полковника И.А. Плиева.

Просто «Дальневосточный» был переименован во 2-й Дальневосточный фронт с предварительным выделением из него 1-й Краснознамённой, 25-й и 35-й армий, 9-й воздушной армии и 10-го механизированного корпуса в Приморскую группу войск, ставшую с 5 августа 1945 года называться 1-м Дальневосточным фронтом.

Командующими фронтами стали: Забайкальского – маршал Р.Я. Малиновский, только что победно завершивший Великую Отечественную войну в Австрии и Чехословакии; 1-го Дальневосточного – маршал К.А. Мерецков, дошедший с руководимыми им войсками Карельского фронта до Норвегии, нанеся сокрушительные поражения финским и немецким войскам на Северном направлении; 2-го Дальневосточного – генерал армии М.А. Пуркаев, командовавший фронтом на Дальнем Востоке с апреля 1943-го и прекрасно подготовившим вверенные ему войска к боевым действиям именно на этом театре боевых действий.

Координировавший действия трёх фронтов маршал А.М. Василевский прибыл в Читу 5 июля 1945 года, в силу секретности – в форме генерал-полковника и с документами на имя Васильева (Малиновский стал на время «Морозовым», а Мерецков – «Максимовым», и тоже с «понижением в звании»). Меры секретности себя оправдали: японцы «узнали о ряде новых воинских назначений у нас, но так и не разгадали (о чем свидетельствовали на допросах их генералы), какие лица скрывались под чужими фамилиями», рассказывал спустя время маршал Мерецков.

Василевскому потребовалось менее месяца после прибытия, чтобы ознакомиться с обстановкой на местах и обсудить её с командующими фронтами, армиями, корпусами, Северной Тихоокеанской и Амурской военными флотилиями (соответственно вице-адмиралом В.А. Андреевым и контр-адмиралом Н.В. Антоновым).

Боевой дух войск, костяк которых составляли войска-победители нацистской Германии, был необыкновенно высок. Не принявшие участия в той войне солдаты и офицеры-дальневосточники, ещё недавно писавшие рапорты об их отправке на фронт, буквально горели желанием проявить себя в предстоящих битвах. Об этом согласно говорится в воспоминаниях всех участников тех событий. А ещё была достигнута высокая слаженность войск и установлена хорошая управляемость ими, что было совсем непросто в масштабах открывавшегося огромного театра боевых действий: площади сражений на нём гораздо превосходили территорию всей Западной Европы, а условия и вовсе не шли ни в какое сравнение: пустыни, бездорожье, отсутствие всего и вся, начиная с обычной питьевой воды. Ею, а также бензином, боеприпасами, запчастями и прочим – всем тем, что поглощает в огромных количествах любая действующая армия, войска надлежало питать на огромных расстояниях, преимущественно по воздуху. И такое снабжение было тоже поставлено практически идеально.

Советским войскам численностью в полтора миллиона человек противостояла мощная группировка японских войск, известная под общим названием «Квантунская армия», возглавляемая опытным военачальником генералом Отодзо Ямадой. Готовясь к неизбежному вооружённому столкновению с Советским Союзом (о чём раззвонил уже через 10 дней после денонсации договора о ненападении журнал «Тайм»: «СССР может вскоре начать войну с Японией», и далее на эту тему не говорил разве только немой), Ямада сформировал 8 новых пехотных дивизий и 7 пехотных бригад, доведя численность подчинённых ему войск до 1,1 миллиона человек.

Его предшественник на этом посту генерал Ёсидзиро Умэдзу, ставший последним в истории Японии начальником Генерального штаба, также немало постарался в укреплении Квантунской армии. Оба (и не только они – большинство военной верхушки) были ярыми противниками капитуляции, в силу чего императорский эдикт о капитуляции Японии от 14 августа в войсках был практически повсеместно проигнорирован. Более того: в штаб армии, располагавшийся на Квантунском полуострове, являющимся юго-западной оконечностью Ляодунского полуострова (откуда и название), прибыл личный представитель императора Хирохито принц полковник Токэда с секретной директивой, в которой капитуляция прямо запрещалась. Такие же гонцы были посланы к командующему 88-й пехотной дивизией 5-го фронта генералу-лейтенанту Тоитиро Минэки, удерживающему Котонский укрепрайон на Сахалине; к командирам дивизий, бригад и полков на островах Курильской гряды – Шумшу, Парамушир, Онекотан, Итуруп, Кунашир, Анциферова, Матуа (и ещё 50 других). Вот отчего капитуляция их последовала: на Сахалине – лишь 25 августа, на островах – растянулась вплоть до 1 сентября. И в каждом конкретном случае японские гарнизоны были принуждены к сдаче исключительно силой оружия Красной армии.

Генерал Ёсидзиро Умэдзу по радио отдал приказ Квантунской армии сложить оружие 20 августа, и это действительно стало началом конца милитаристской Японии. Его принудил к этому под реальной угрозой применения непреодолимой силы советский парламентёр и особоуполномоченный Забайкальского фронта полковник И.Т. Артеменко. С группой разведчиков, на военно-транспортном самолете в сопровождении эскадрильи истребителей «ЯК-9» он приземлился на аэродроме Чанчуня в непосредственной близости от штаба Квантунской армии. Следом совершили посадку другие самолёты десанта; господство в воздухе нераздельно удерживала советская авиация.

Убийственный удар был нанесён в самую болевую точку японского милитаризма. Ведь после отказа лидеров ряда стран, в том числе президента Соединённых Штатов Гарри Трумэна, обеспечить безопасность императора Хирохито возник план вывоза членов императорской фамилии в Маньчжоу-го и превращения островов в крепости, где смерть ожидала бы любого вторгнувшегося на каждом шагу. Не было недостатка в камикадзе, готовых бросить на врага самолёт или управляемую торпеду. Советскими войсками были встречены такие и на суше: когда из нор, щелей и прочих укрытий навстречу танкам выскакивали сотни японских солдат с ящиками взрывчатки в руках и умирали, бросаясь под гусеницы.

Победить такую страну можно было только блицкригом, действуя исключительно быстро и решительно, что и было принято за основу при планировании Маньчжурской стратегической наступательной операции, ставшей главным содержанием советско-японской войны 1945 года.

Война СССР Японии была объявлена 8 августа, в 17:00 часов по московскому времени. 9-го же августа, в 00:10 минут наступление начали войска Забайкальского фронта, в час ночи — войска 1-го и 2-го Дальневосточных фронтов. Наступающие клинья вонзились в промежутки между укрепрайонами японцев. Бойцы Красной армии шли не там, где их ждали: вдоль полотна железной дороги, по хоженым большакам – нет, они передвигались по направлениям, быстро преодолевая разлившиеся от дождей реки, топи болот, хляби бездорожья, горные хребты Большого Хингана. Темп наступления, с боями, составлял 50-60 километров в сутки. Авиация незамедлительно завоевала господство в воздухе, бомбила важнейшие железнодорожные станции и узлы, аэродромы, колонны японских войск на шоссейных и грунтовых дорогах в районах Харбина, Гирина, Шэньяна, Чанчуня, Хайлара, парализовав движение на дорогах и создав хаос на железнодорожных станциях. Связь между штабами и формированиями японских войск в Маньчжурии была потеряна, общее управление войсками утрачено.

Тихоокеанский флот перерезал коммуникации, связывавшие оккупированные Японией Корею и Маньчжурию с метрополией, и нанёс удары по японским военно-морским базам в северной части Корейского полуострова — Юки, Расину и Сэйсину. Воздушные десанты РККА были выброшены в Харбине, Фэнтяне, Синьцзине, Цзилине, Рёдзюне, Дайрэне, Хэйдзё и других городах; быстро подходившие танковые и пехотные части окончательно овладевали ими.

«Августовский шторм» или как надо заканчивать войны
Жители Харбина (Китай) приветствуют вступающие в город части РККА. 19 августа 1945 года Харбин был занят советским воздушным десантом 9-й воздушной армии 1-го Дальневосточного фронта и моряками Амурской военной флотилии 2-го Дальневосточного фронта, а 20 августа в город вступили соединения 15-й армии 2-го Дальневосточного фронта

Со всеми её боями на периферии, включавшими боевые действия на Корейском полуострове, овладением Южным Сахалином и Курильскими островами советско-японская война 1945 года продлилась менее месяца: 2 сентября 1945 года Япония уже подписала акт о своей безоговорочной капитуляции. Мы потеряли в этой войне 12 031 человека убитыми: почти вдвое меньше, чем положили американцы (20 195) в одной только «Битве за Окинаву». Там американцам сдались в плен порядка 7 тысяч японцев, воинам Советской армии их сдалось свыше 640 тысяч.

Русско-японская война 1945 года, как и Великая Отечественная, была исполнена примерами мужества и героизма: 87 из её участников стали героями Советского Союза, свыше 308 тысяч солдат и офицеров (каждый пятый) были награждены боевыми орденами и медалями. А медаль «За победу над Японией», учреждённую Указом Президиума Верховного Совета СССР от 30 сентября 1945 года, получили около 1 800 000 человек – все, кто принимал участие в этой беспрецедентной по скорости проведения и эффективности войне, названной впоследствии историками «Августовским штормом». Она спасла Японию от бессмысленного самоистребления и сохранила лицо нашим лукавым союзникам, с изумлением наблюдавшим над тем, как нужно заканчивать войны.

Тихомир Павлов

Поделиться ссылкой:

Оставьте ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.