maxresdefault

Грозные и героические псы войны

До начала Великой Отечественной оставалось ещё добрых пять лет, а по улицам советских городов уже ходили военнослужащие, на гимнастёрках которых красовались боевые ордена.

Лётчики, танкисты, военспецы и советники получат такие позже, за бои в Испании; артиллеристы и пехота добавятся к ним по итогам Халхин-Гола и советско-финляндской войны.

Честь же открыть такие наградные списки принадлежит, несомненно, пограничникам Дальнего Востока, ставшего в средине 1930-х, после оккупации японцами северо-восточной территории Китайской республики и создания марионеточного государства Маньчжоу-го, самой горячей точкой на карте СССР. Наиболее известным таким орденоносцем стал Никита Фёдорович Карацупа, уроженец Запорожья, которого прихотливая судьба в лице военкома отправила отбывать срочную на заставу «Полтавка» Гродековского погранотряда (Хабаровский край). Будущий герой был ростом невелик, но крайне вынослив: мог без особого труда выдержать 30-километровый марш по пересечённой местности, долгое время сидеть в засаде («секрете»).

Но не это определило его успех, а уникальная способность находить общий язык с обязательными помощниками пограничников, в первую очередь – собаками. Данная максима была зафиксирована даже в стихах:

Без чуткой, преданной собаки,
И без надёжного коня –
Как без оружия в атаке,
Как в ночи тёмной без огня.

Поначалу Карацупа был обойдён выбором: породистого щенка молодому солдату не досталось. Тогда он подобрал под мостом бездомную дворнягу и воспитал из неё непревзойдённого бойца. За три года службы с ней он задержал 37 шпионов, 42 контрабандиста, 52 других нарушителя границы. За что был представлен в 1936 году к награждению орденом Красной Звезды, но получил более статусную награду – орден Боевого Красного Знамени.

Благодаря очеркисту «Комсомольской правды» Евгению Рябчикову и корреспондентам других центральных газет в том же году о Карацупе узнала вся страна. Мальчишки буквально бредили его именем и его собакой Индусом. Вырастить, выучить собаку и передать её на службу в Красную армию считалось честью. Многие призывники просили послать их служить именно на границу, считая её наиболее возможным местом проявить свои стойкость, доблесть и геройство.

Никита Карацупа был подлинным, а не «назначенным» героем: за годы службы на Дальнем Востоке он и пять его собак (все они имели клички «Индус» в память той первой чёрной беспородной псины, и все погибли в стычках с врагами) задержали 467 нарушителей границы, из которых 129 были убиты в перестрелках. Страна знала о славных его делах и благодаря рассказам о них получила целую армию влюблённых в кинологию, глубоко мотивированных на дело защиты своей Родины людей.

Поэтому столь мужественно первыми встретили врага пограничники на западных рубежах Отечества в 1941-м: здесь и беспримерный подвиг защитников Брестской крепости, и стойкость бойцов 86-го Августовского, 87-го Ломжинского, 88-го Чижевского, 17-го Брестского погранотрядов, и отвага многих других. Газета «Правда» 24 июня 1941 года писала: «Как львы, дрались советские пограничники, принявшие на себя первый внезапный удар подлого врага… Они бились врукопашную, и только через мёртвые их тела мог враг продвинуться на пядь вперёд». Сегодня благодаря воспоминаниям чудом выживших в тех боях солдат и офицеров мы знаем, что рядом с ними до конца стояли и их собаки, рвавшие немцев в клочья и тоже погибавшие в неравных схватках.

Но поступал приказ отступить, и пограничники отходили: организованно, вместе со своими боевыми друзьями – собаками. Сражаясь, если того требовала обстановка. Самый, пожалуй, известный такой бой был дан ими у села Легедзино Тальновского района Черкасской области, где против бригады «Лейбштандарт Адольф Гитлер» стали насмерть 550 солдат и офицеров Коломыйской пограничной комендатуры, сведённых в батальон охраны Уманской армейской группировки. Отряд этот уничтожил 7 танков, 20 мотоциклов с экипажами и много живой силы противника. Но силы были неравны. Тогда в бой был брошен последний резерв – кинологическое подразделение со 150 служебными собаками. Под шквальным огнем грозные псы буквально вгрызались немецким пехотинцам в глотки. Искусанные гитлеровцы в панике отступали. Так наступление немцев было задержано ещё на целых двое суток.

Пограничники полегли в этом бою все: случайно уцелевших собак фашисты расстреливали по всей округе – и служебных, и принадлежавших местным жителям. В память об этом подвиге в Легедзино на средства участников Великой Отечественной войны и жителей окрестных сёл Тальновского района был возведён памятник пограничникам, принявшим здесь свой последний бой, и их собакам: «Воспитанные пограничниками, они были верны им до конца», – написано на монументе.

В Красной армии в годы Великой Отечественной войны служило, как полагают, примерно 68 тысяч собак. Столько их было призвано через клубы служебного собаководства и официально получено от граждан. Цифра не включает, безусловно, псов «местного призыва», переданных населением в войска без документов, прибившихся к частям и подразделениям самовольно, да так и оставшихся в воинском строю и при армейской кухне. В этом случае количество служивых собак нужно было бы по-хорошему удвоить.

Помимо пограничной собаки освоили ещё по крайней мере восемь воинских специальностей: разведчика и диверсанта, сапёра и подрывника, связиста и санитара; они использовались в боевом охранении и для транспортировки раненых.

Наиболее востребованной в начале войны оказалась собачья профессия истребителя танков. Путём несложной тренировки пса приучали искать пищу под бронированной машиной, притом движущейся и стреляющей на ходу. На спину цепляли сумки с солидным запасом взрывчатки. Пёс нырял под днище – место наименее защищённое, срабатывал стреловидный детонатор, танк взлетал на воздух. В условиях нехватки противотанковых средств такой метод борьбы с бронированными чудовищами оказался очень действенным: собаки уничтожили свыше 300 танков противника – больше двух танковых дивизий!

Первый такой подвиг во время обороны столицы совершила простая дворняжка по кличке Ирма; имена других псов-героев, ценой своей жизни остановивших врага под Москвой, Сталинградом и Воронежем (места наиболее частого применения противотанковых собак), остались по большей части неизвестны. Именно им, собакам самой героической и трагической судьбы, был открыт в Волгограде памятник «истребителям фашистских танков» с чёткой привязкой: «Служебным собакам-подрывникам 10-й стрелковой дивизии НКВД». К исходу сражения на Волге ими было уничтожено до 180 единиц вражеской бронетехники.

Самой же массовой была на фронтах Великой Отечественной собачья профессия санитара и эвакуатора тяжелораненых. С полотняной сумкой на боку четверолапый медик пробирался на поле боя, безошибочно различая живого, хотя и потерявшего сознание бойца, от мёртвого. Лизал ему лицо до тех, пока тот не приходил в себя. Подставлял ему бок с санитарной сумкой, чтобы боец мог перевязать себя. Терпеливо ждал, и только потом отправлялся отыскивать следующего, нуждающегося в его помощи. Человеку-санитару за эвакуацию с поля боя 80 тяжелораненых давали Героя Советского Союза. При помощи собак возможности санитара возрастали многократно. Легенда фронтовой медицины санитар Дмитрий Трохов со своей упряжкой во главе с лайкой Бобиком эвакуировал с поля боя 1580 тяжелораненых солдат и офицеров! А всего 15 тысяч таких упряжек спасли жизни 680 тысяч бойцов и командиров. Есть памятник и таким героям-медикам, и их санитарным собакам. Воздвигнут он в городе Ессентуки.

Применение собак в авиации никакими уставами не предполагалось (кроме охраны аэродромов), однако и здесь они ярко отметились: от своего рода полковых «талисманов» до настоящих боевых товарищей лётчиков. В первом качестве такая собачка-дворняжка по кличке Анка показана в фильме Леонида Быкова «В бой идут одни „старики“». Она имела целый ряд реальных прототипов, описанных в воспоминаниях лётчиков-фронтовиков.

Будущий генерал-полковник авиации В.И. Попков, на то время командир эскадрильи 5-го гвардейского истребительного авиационного полка 11-й гвардейской истребительной авиационной дивизии 2-го гвардейского штурмового авиационного корпуса 2-й воздушной армии, с которого во многом списан капитан Титаренко – «маэстро», в своих воспоминаниях поведал, как во время освобождения Калинина (ныне Тверь) подобрал в разбитом немецком полицейском участке овчарку, переименовав её Барбосом. «Пёс был отличный, – рассказывал Виталий Иванович. – Не поверите: он выполнял солдатские строевые команды. При построении полка собака занимала место в конце строя, по команде „Равняйсь!“ – поворачивала голову направо, на „Смирно!“ поднимала морду вверх, а когда командовали „Вольно!“, начинала вилять хвостом. Когда у командира полка было хорошее настроение, он по нескольку раз повторял команды, чтобы развеселить лётчиков. Барбос всегда провожал меня на боевые вылеты…»

А вот лётчик-штурмовик Николай Константинович Радченко своего пса – беспородного, уличного – брал на лётные задания. И тот всегда предупреждал его о заходивших в атаку на «Ил-2» сзади и снизу «мессерах» и «фоккерах», даже не видя их, не раз тем самым спасая жизнь пилоту. На свои самолёты пёс попросту не реагировал. Как сквозь рев двигателя собака слышала звуки именно немецких самолетов? – сие загадка. Но о подобных феноменах писали многие лётчики-фронтовики, наблюдавшие поведение аэродромных собак.

На всех фронтах, во всех армейских службах проявили себя собаки. Здесь прежде всего вспоминаются псы-связисты, проложившие под пулями более 8 тысяч километров телефонного провода, доставившие свыше 200 тысяч донесений. Феноменальным связником показала себя собака Альма, которой немецкий снайпер первым выстрелом прострелил оба уха, вторым – раздробил челюсть, и всё же она доставила пакет. Собака по кличке Норка доставила 2398 боевых донесений, а другой легендарный пёс Рекс – 1649. Он был несколько раз ранен, трижды переплывал Днепр, но всегда добирался по назначению.

Самый же ощутимый вклад в общее дело Победы внесли, пожалуй, собаки-миноискатели. В 1943-1945 годах они обезвредили более 4 миллионов мин, снарядов и фугасов, сохранив тем самым сотни тысяч человеческих жизней. С их помощью от смертоносных снарядов были очищены 303 города в СССР и освобождённых Красной армией европейских странах.

Собака, действительно, совершенно незаменима в минном деле. Средних способностей четверолапый сапёр способен ощутить взрывчатку на расстоянии 20-30 метров и на 90 сантиметров в глубину. При этом он никогда не спутает снаряд или мину с гильзой либо осколком, а прибору-металлоискателю всё равно, ему лишь бы металлическая цель. Поэтому благодаря использованию собак-миноискателей разминирование объектов (к примеру, аэродромов) шло в разы быстрее и гораздо качественнее. Табличка «мин нет», на которой были дорисованы собачьи уши торчком давала полную гарантию на освобождение территории или здания от смертоносных взрывчатых предметов.

В воздаяние заслуг собак-миноискателей только им была оказана высокая честь принять вместе со своими проводниками-сапёрами участие в знаменитом Параде Победы 24 июня 1945 года. В этом строю, по легенде, на старом кителе генералиссимуса Сталина была пронесена перед трибунами мавзолея самая заслуженная такая собака – Джульбарс, обнаруживший 7468 мин и более 150 снарядов. Раненого при выполнения боевого задания пса нёс главный кинолог Международной федерации служебного собаководства подполковник Александр Мазовер.

Сказывают также, что пёс Джульбарс был единственной собакой Красной армии, удостоенной медали «За боевые заслуги». И хотя его наградные документы так до сих пор и не найдены, само существование этой легенды говорит о многом.

Поделиться ссылкой:

Оставьте ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.