img-20150430161718-585

Штурм Берлина: фронт без линии фронта

Берлин в эти дни представлял собой страшное зрелище. Город был разрушен бомбежками.

Весной 1945-го наши войска понесли самые высокие потери за всю войну – почти 500 000 убитых и раненых. Этих жертв можно было избежать. Но штурму Берлина Сталин придавал особое значение. Он дезинформировал Эйзенхауэра и Черчилля о направлении главного удара и времени начала наступления советских войск. Сталин приказал опередить союзников: Красная армия должна войти в Берлин первой.

16 апреля 2 500 000 советских солдат и офицеров начали штурм укреплений верхмахта на Зееловских высотах.

Переводчик Штефан Дернберг по приказу Жукова объявил немцам о начале советского наступления. Вот что он рассказывает: «Я был, может быть, недостаточно дисциплинированным иногда. Во всяком случае, я сказал: «Товарищ генерал, нельзя же военную тайну выдать!» Он посмотрел на меня и говорит: «Ничего, ничего, лейтенант, можно, это – последний раз».

На Зееловских высотах за два дня погибло больше 50 000 человек. После недели боев оборонительный рубеж вермахта был прорван, берлинская группировка окружена. А в 20-х числах апреля советские танки вошли на окраины Берлина. Остановить их должны были бойцы народного ополчения «фольксштурм», последняя надежда Гитлера.

Вот как вспоминает этот день один из ополченцев: «Русские солдаты появились у нас 23 апреля. В тот день по приказу я явился в штаб «фольксштурма», хотя понимал, что наша баррикада была совершенно бессмысленной. У нас было всего одно противотанковое заграждение и человек 20–25 из «фольксштурма». Они были вооружены винтовками и фаустпатронами.

Мы должны были оборонять шоссе, ведущее в Берлин. Но русские прорвались западнее и восточнее нашей позиции. И через полчаса все было кончено. Мы не знали, что нам делать. А потом я вернулся домой, в Берлин».

Артиллерийский разведчик Игорь Домаскин штурмовал Берлин в передовых отрядах. Вот его рассказ: «20–21 апреля мы оказались на окраинах Берлина. Нет никакой линии фронта, бой идет за каждый дом, за каждый этаж, за каждое окошко. В окне появляются пулеметчик или фаустпатронщик, по нему мы стреляем из всех видов оружия, в том числе из пушек».

К 1 мая 1945 года одним из немногих незанятых укрепрайонов Берлина была крепость Шпандау. И не случайно – ведь в ней располагался нацистский научный институт, исследовавший нервно-паралитические газы. Охрана института готовилась оборонять крепость до последнего солдата.

Капитан Галл и майор Гришин были отправлены парламентерами в осажденную крепость. Но гарнизон сдаваться отказался. Все понимали: штурм Шпандау означает гибель сотен невинных людей.

Рассказывает майор Гришин: «1 мая 1945 года почти весь Берлин был уже в наших руках. У нацистов остались только отдельные островки сопротивления. Одним из них была крепость или, как ее называли, цитадель Шпандау на западной окраине Берлина.
В крепости этой, в цитадели Шпандау, находились не только солдаты и офицеры, в том числе и эсэсовцы. Там же находились сотни, многие сотни стариков, женщин и детей.

Мы совершенно спонтанно предложили: если это так, то мы хотели бы подняться наверх к вашим офицерам, поговорить с ними лично. И мы вчетвером поднялись по веревочной лестнице на балкон и с балкона вошли в такое полутемное помещение, где собрались офицеры. И мы вели с ними переговоры. Мы опять повторили все то, что мы говорили внизу полковнику и подполковнику. О военном положении, о том, что Берлин в наших руках».

2 мая 1945 года крепость Шпандау капитулировала. В тот же день майор Глущенко привел в ставку генерала Чуйкова начальника германского генерального штаба Крепса. Близился конец рейха. Над поверженными символами нацистского режима водружались знамена Победы.

Вспоминает майор Глущенко: «Пришел офицер немецкой армии и попросил, чтобы наше командование приняло начальника генерального штаба Крепса: «Я пришел, чтобы передать сенсационное сообщение, что Гитлер покончил жизнь самоубийством и что по завещанию Гитлера остались Геббельс и Борман. И что меня уполномочивают вести переговоры о создании нового германского правительства».

Чуйков сразу звонит Жукову. Тот говорит: «Безоговорочная капитуляция». И тут же отвечаем Крепсу: «Безоговорочная капитуляция»…

9 мая фельдмаршал Кейтель, последний главнокомандующий германских войск, подписал акт о безоговорочной капитуляции. Война окончилась. Советский Союз, изувеченный за эти четыре года, праздновал свою выстраданную Победу.

Штурм Берлина: фронт без линии фронта
Немецкое командование подписывает о капитуляции

А Германия смирилась с участью оккупированной страны. Страны, развязавшей мировую войну, жертвами которой стали миллионы. Очень скоро простые немцы узнают ужасающую Правду о нацистском режиме…

Заглавное фото: Бойцы 8-й гвардейской армии РККА Алексей Ковалев и Абдулхаким Исмаилов (слева направо) с Красным знаменем на крыше здания Рейхстага после взятия города советскими войсками
в ходе Второй мировой войны. ИТАР-ТАСС, https://www.tassphoto.com/ru

Поделиться ссылкой:

Оставьте ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.