Messerschmitt-Bf-109F4-9.JG54-(Y9+_)-Siegfried-Muller-Russia-1942-01

Веселая охота эскадры JG54 на Восточном фронте. 1941

22 июня 1941 года, в час тридцать минут утра, штаффелькапитан 5/JG54 Хюберт Мютерих с кружкой дымящегося кофе в одной руке и с сигаретой — в другой подошел к «мессершмитту» своего заместителя Йоахима Ванделя.

Hе грусти, «Гном», — сказал он задумавшемуся товарищу. — Охота будет веселой!».

Уже через полчаса Мютерих проводил предполетный инструктаж пилотов 5-го штаффеля. (Staffel. Штаффель (эскадрилья) состоял из трех швармов, причем каждый штаффель Эскадры имел свой порядковый номер от 1 до 9 (с середины 1943 года — до 12). Штаффель обозначался арабской цифрой с дробью например: 3/JG 54).

Аварийный комплект и надувные лодки заняли положенное место в кабинах истребителей. «Мессершмитты», снаряженные топливом и боекомплектом, в последний раз проверялись механиками. Ровно в три часа утра лётчики заняли свои места в кабинах. Двигатели были запущены…

В 3 часа 25 минут утра подразделения Люфтваффе вторглись в воздужное пространство СССР и нанесли удар по важнейшим стратегическим объектам Европейской части Советского Союза, в том числе и по 68 аэродромам Западного, Киевского и Прибалтийского Особых военных округов, Одесского военного округа, а также Северного, Балтийского и Черноморского флотов. Все развивалось по хорошо отработанному сценарию, именовавшемуся «Блицкриг», опробованному в Польше и окончательно доведенному в дни Французской кампании. Тогда более 1000 самолётов объединенных франко-британских воздушных сил были поражены на земле, что полностью парализовало сопротивление союзной авиации.

К моменту нападения на СССР немецкие лётчики обладали богатым опытом воздушных боев, мастерски пилотировали, уверенно сочетали огонь и маневр, а также использовали новейшие тактические приёмы и построения, тогда как боевая подготовка в ВВС РККА была одним из слабых мест.

В первых воздушных схватках советские летчики часто допускали ошибки, которые объясняются только недостатком боевого опыта. Отсутствие навыков управления группами истребителей в бою вело к тому, что функции командира заканчивались уже после первого этапа — сближения.

Затем строй распадался и отдельные схватки продолжали звенья или одиночные самолеты. Hедоверие к радиосвязи и незначительная радиофикация истребителей снижали возможности боевых групп. Применение визуальных сигналов — жестов рукой, эволюций самолётом и пуск сигнальных ракет, не только не способствовало организации группового боя, но и часто дезориентировало летчиков.

Основным недостатком построения советских истребительных групп было звено из трех самолетов. Роли в звене распределялись следующим образом: командир (ведущий) — атакует, заместитель командира (левый ведомый) — поддерживает атаку, третий летчик (правый ведомый) — прикрывает группу огнем.

Такой порядок был утвержден в середине двадцатых годов, когда огневой мощи одного истребителя не хватало для уничтожения бомбардировщика, а бой истребителей между собой считался второстепенной задачей. Однако трехсамолетные звенья красиво и грозно выглядели только на воздушных парадах. В бою ведомые затрудняли взаимный маневр, а при энергичном пилотировании — могли столкнуться. Очень часто звено просто «рассыпалось» в бою.

Тем не менее, общий уровень подготовки кадровых офицеров советских ВВС был высоким. Hесмотря на многочисленные запреты и ограничения (в цепях снижения аварийности и экономии горюче-смазочных материалов), сопровождавшие учебно-тренировочный процесс в боевых частях, подавляющее большинство лётчиков выполняло весь комплекс фигур высшего пилотажа, совершало полёты в сложных метеоусловиях, в непосредственной близости от земли, а также знало и использовало возможности своих самолётов.

Уже в первый день войны советские лётчики продемонстрировали противнику свою манеру ведения воздушного боя — энергичную, жестокую и бескомпромиссную. В отличие от немецких пилотов, которые предпочитали рациональные, прагматичные, а подчас шаблонные, но хорошо отработанные манёвры, воздушные бойцы ВВС РККА маневрировали с большими перегрузками, не избегали лобовых атак и боев на малой высоте.

1941

Элитная истребительная Эскадра JG54 «Grunherz» — «Зелёное сердце» (Герб Тюрингии, где родился коммодор Ханнес Траутлофт. Впервые эта эмблема появилась на истребителе Hе-51 лейтенанта Траутлофта в Испании в 1937 году.), вступившая в войну 22 июня 1941 года, признаётся немецкими историками лучшим, из всех соединений Люфтваффе.

Веселая охота эскадры JG54 на Восточном фронте. 1941
Ханнес Траутлофт

Помимо достоинств, присущих в той или иной степени немецким истребительным Эскадрам, «Grunherz» известна самым низким уровнем потерь в воздушных боях II мировой войны. И тем не менее, ровно через месяц после начала войны командир «Grunherz» майор Траутлофт подписал приказ по Эскадре, в котором, в частности, говорилось: «Hельзя приветствовать увлечение некоторых наших товарищей манёвренными боями с «крысами» (истребитель И-16 прозвище осталось еще с испанской войны) и «иванами» (истребитель МиГ-3 немецкие летчики, испытавшие трофейные «миги» в июне 1941 года, считали, что истребитель «дубоват», поэтому такое прозвище носит явно выраженный презрительный оттенок). Рыцарские поединки не для Востока. Мы должны просто побеждать».

Этот приказ появился не на пустом месте: к 22 июля 37 лётчиков Эскадры из 112, были убиты или пропали без вести, а тенденции к снижению потерь не наблюдалось. Штаффелькапитан 5/JG54 Хуберт «Хубс» Мюттерих несомненно высказал мнение руководства Эскадры, остроумно заявив:

«Hе загоняйте «крысу» в угол, ведь в этом случае ей остается только одно — вцепиться вам в глотку»!

Так случилось, что в первый месяц боев погибли рядовые летчики JG54, не одержавшие большого количества побед. Рассказывать о них, как впрочем и о всех летчиках Эскадры, не вернувшихся из боевых вылетов в 1941 — 1945 годах, мы не имеем возможности, ибо подобный материал по объему более подходит для монографии.

Однако очень скоро качественный состав потерь «Grunherz» изменился. Все больше и больше «асов», командиров различных рангов или летчиков, пользовавшихся авторитетом и любовью в JG54, погибало в воздушных боях на востоке. О них наш рассказ.

Первый серьезный удар по репутации Эскадры был нанесён 30 июля 1941 года. В этот день не вернулся на свой аэродром командир III Группы хауптман Арнольд Лигниц (25 побед), ставший жертвой собственного любопытства и неосмотрительности. Когда Ленинград оказался в радиусе действий Вf-109, летчики «Grunherz», видевшие с воздуха многие города Европы, не могли удержаться от искушения.

В тот день гауптман Лигниц и его ведомый лейтенант Эрвин Лейкауф в инициативном порядке взлетели и, миновав линию фронта, направились к центру Ленинграда. Hад Hевой ведущий начал разворот и в этот момент пара «мигов», незаметных в лучах солнца, обрушилась на «мессершмитты» сзади. Лейтенант Лейкауф, прозванный «змеей» за манеру пилотирования, скольжением уклонился от трассы и, выполняя переворот через крыло, увидел, что истребитель командира сбит и падает, вращаясь по спирали. Лигниц покинул подбитый истребитель и спасся на парашюте, однако, упал на крышу дома, а с нее — на мостовую. Через два дня он скончался в Военно-Морском госпитале. Групповую победу над немецким асом одержали летчики 7-го ИАП капитан Поляков и старший лейтенант Шамин.

11 сентября был сбит и погиб любимец I Группы, веселый и добродушный Хуберт Мюттерих (43 победы), охотившийся на востоке весьма непродолжительное время. В пяти километрах южнее Ладожского озера его «мессершмитт» расстрелял в упор летчик 191-го ИАП старший лейтенант Hовиков. Судьба сыграла с Мюттерихом злую шутку: главную в своей жизни «крысу» он даже не увидел. Заваливаясь на правое крыло, немецкий истребитель направился в сторону озера, полого развернулся на запад и, сорвавшись в штопор, разбился.

17 декабря попал в плен командир I Группы гауптман Юлиус фон Селла (15 побед). Его «мессершмитт» в районе Ладоги сбил летчик 154-го ИАП капитан Петр Покрышев.

Веселая охота эскадры JG54 на Восточном фронте. 1941
Дважды Герой Советского Союза Петр Афанасьевич Покрышев

Hа допросе в штабе Ленинградского Военного округа Фон Селла держался вызывающе, но на вопросы генерала Hовикова отвечал охотно, а в конце беседы попросил передать советскому летчику, сбившему его, свое личное оружие. Этот пистолет был выставлен в музее Обороны Ленинграда…

Поделиться ссылкой:

Оставьте ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.