2020-01-08_13-12-11

Как маршал Тито едва не развязал новую мировую войну

До капитуляции Германии оставались считанные дни, когда маршал Иосип Броз Тито начал новую войну.

В результате погибли десятки тысяч мирного населения, а территория Югославии расширилась за счёт итальянской провинции Венеция-Джулия.

«Мы освободили Триест и Каринтию, – заявил 1 июля 1945 года во время речи в Любляне председатель югославского правительства маршал Иосип Броз Тито. – Да, мы освободили Каринтию, но международная обстановка была такова, что мы были вынуждены временно её оставить. Однако Каринтия наша, и мы будем за неё бороться».

Югославские войска к тому времени уже полностью контролировали бывшую итальянскую провинцию Венецию-Джулию со столицей в Триесте. (Венеция-Джулия занимала северо-западную часть бывшей Венецианской республики, которая в конце XVIII века вошла в состав Австро-Венгерской империи). Расширившись за счёт славянской Италии, Великая Югославия должна была включить в себя всю юго-восточную Австрию вплоть до границы с «братской» Чехословакией.

Белград, который ещё несколько недель назад сражался на стороне антигитлеровской коалиции, фактически пригрозил войной союзникам, которые согласно ялтинским договорённостям оккупировали Италию и Австрию. Как показывают документы американской разведки, рассекреченные всего лишь пятнадцать лет назад, локальный конфликт, развязанный маршалом Тито, едва не привёл к новой мировой войне: «В течение последнего месяца растёт напряжение между западными союзниками и временным югославским правительством. Тот факт, что 15 апреля притязания Тито на Триест и Венецию-Джулию были озвучены в Москве, многими интерпретируется как наличие поддержки со стороны советского правительства».

«Тито, я повторяю, уже нарушил Ялтинские соглашения, установив тоталитарный режим в Югославии, – произнёс на одной из встреч с союзниками только что вступивший в должность президент США Гарри Трумэн. – А теперь он силой делает то же самое в Венеции-Джулии. Если он продолжит в таком же духе, мы должны будем дать на это жёсткий военный ответ. И время для решения настало». Видимо, лишь благодаря усилиям военного руководства США, которое опасалось, что за действиями Тито, стоит военная мощь Советского Союза, было решено повременить с масштабной военной кампанией.

Сегодня большинство историков сходятся во мнении, что геополитический накал в первые дни июня 1945 года был вызван отнюдь не планами Москвы по расширению своего влияния в Европе, как считали тогда в Лондоне и Вашингтоне, а вполне самостоятельной политикой маршала Тито, который решил сыграть на противоречиях между двумя лагерями победителей. Конфликт в Триесте принято называть первой послевоенной «разборкой» в Европе, когда различные силы на фоне царившего в то время хаоса и неопределённости стремились свести старые счёты. Объявить славянское государство на территории Венеции-Джулии югославские партизаны пытались ещё в 1943 году, когда капитулировала Италия. Однако тогда войска нацистской Германии выдавили югославов, и вплоть до зимы 1945 года контролировали север страны. К концу апреля немцы стали сдавать захваченные позиции, в провинции фактически образовался политический вакуум, и Белград стал готовиться к наступлению.

Ранним утром 1 мая 4-я Югославская армия и 9-й Словенский корпус подошли к окраинам Триеста, а спустя всего несколько часов укрепились в центре города. Первые дни и даже недели оккупации до сих пор остаются предметами жарких дебатов. По мнению ряда итальянских исследователей, югославские военные жестоко подавляли любые попытки сопротивления, что по разным данным привело к гибели от 2 до 20 тысяч человек, включая тех, кто погиб в югославских лагерях и тюрьмах. Существуют свидетельства, что массовые расстрелы происходили и в других городах провинции, в частности в Пуле, где жертвы среди мирного итальянского населения могли исчисляться тысячами. Всё больше современных исследований указывает на то, что расправа с населением носила отчасти или преимущественно национальный характер. Ранее, как в Югославии, так и в Италии, жертвы традиционно представлялись пособниками фашистов.

Утром 2 мая к Триесту стали подтягиваться силы Второй новозеландской дивизии, которые согласно решению союзников должны были оккупировать столицу Венеции-Джулии. В мемуарах одного из солдат отмечается, что на пути к городу они спросили у местного жителя дорогу на Триест, на что он, оказавшись по всей вероятности немецким солдатом, ответил: «Триест там, но война уже закончилась». Как вспоминает мемуарист, это была горькая ирония, потому настоящие военные действия были только впереди. Новозеландцы смогли укрепиться лишь в городской крепости и порту, которые всё ещё были заняты немцами. Отмечается, что немцы добровольно сдавали им позиции, чтобы не попасть в руки югославов. В итоге образовалась необычная ситуация. Силы антигитлеровской коалиции вместе с остатками нацистских войск сражались против солдат, которые формально поддерживали союзников.

«Время от времени партизаны Тито подходили к крепости, требуя открыть ворота, но всё это было бесполезно, – вспоминает новозеландский солдат. – Находясь на высоких домах, югославские снайперы стреляли по любому, кто двигался по периметру стен крепости. Когда ситуация стала ухудшаться, захваченные в плен солдаты, не скрывая энтузиазма, сражались на стороне новозеландцев. На следующее утро гарнизон в сопровождении эскорта покинул крепость. Толпы разъярённых и протестующих партизан и гражданских лиц требовали выдать им пленных. Новозеландцы простились с немцами, и те в безопасности покинули город». По словам солдата, в первые дни оккупации царила «частная война», когда различные группировки сражались друг с другом. Так одно из крупнейших сражений было среди югославских «освободителей», когда сторонники восстановления монархии выясняли отношения с коммунистами.

Уже в первую неделю мая югославы начали активную «просветительскую» работу, целью которой было подготовить население к формальному присоединению провинции. По замыслу Тито, она под названием Юлийская Крайина со столицей в Триесте должна была стать седьмой по счёту федеративной республикой в составе Югославии. Только к середине мая события в Триесте оказались в центре мировой прессы, однако разобраться в происходящем было непросто. «Югославская газета назвала итальянскую часть Триеста империалистической, – писала 14 мая британская Daily Express. – Она говорит, что югославские притязания основаны на географических, экономических и политических соображениях. Югославский премьер отвергает то, что его страна пытается преподнести оккупацию Триеста как свершившийся факт».

Ситуация обострилась во второй половине месяца, когда на помощь новозеландцам, контролировавшим незначительную часть города и порт, пришёл британский батальон. В ответ на это Белград стал наращивать военную мощь в провинции. «Всё больше славянских войск занимают территории возле Триеста, – пишет 24 мая американская Chicago Tribune. – Югославы стянули дополнительные силы к северу от Триеста и информировали союзников, что оккупированные поселения теперь находятся в югославской оккупационной зоне».

Когда в начале июня ситуация в городе и окрестностях достигла критической отметки и в любой момент могла перерасти в масштабную войну, в которой, как ожидалось, по разным сторонам баррикад выступят США и Советский Союз, произошла неожиданная разрядка. Ещё несколько дней назад заявлявший о своём намерении сохранить и даже усилить военное присутствие в провинции, Тито, на удивление мировой общественности, согласился передать её под временное управление Союзной военной администрации, сформированной странами антигитлеровской коалиции. 9 июня бывшая Венеция-Джулия была разделена на зону А, контролируемую англо-американскими войсками, и Б, оставленную под управлением Белграда. Будущее провинции предполагалось определить во время подписания мирного договора с Италией.

Существует несколько версий, почему Тито решил не торопиться с присоединением ещё одной республики к Югославии, несмотря на то что фактически контролировал её территорию. По одной из них, пойти на попятную его заставило ухудшение отношений с Москвой. Проблемы начались при создании Коминформбюро (Информационное бюро коммунистических и рабочих партий), международной коммунистической организации, которая должна была заменить распущенный Коминтерн. Выяснилось, что у югославских коммунистов совсем другие взгляды на развитие государства, которые не предусматривали массовой коллективизации и индустриализации. Выход Югославии из Коминформбюро состоится лишь в 1948 году, однако уже в мае 1945 года Москва, как утверждает ряд историков, стала поддерживать оппонентов «меньшевистского» правительства Тито, что должно было внести раскол в рядах партии.

Другая распространённая версия также связана с позицией Кремля, который всё ещё оказывал всестороннюю дипломатическую поддержку Югославии в переговорах с западными союзниками, однако дал понять, что не заступится за Белград в случае эскалации военного конфликта. Таким образом, Тито решил заранее «сдаться» Западу, чтобы за «хорошее поведение» получить хоть какую-то часть Венеции-Джулии. И надо сказать, что этот план сработал на отлично.

Ранее в западной историографии решение Триестского вопроса представлялось как первая победа Запада в холодной войне, однако победа оказалась весьма условной. Италия в конечном счёте сохранила за собой Триест, однако практически вся территория Венеции-Джулии вошла в состав Югославии. Современные историки нередко указывают на то, что Триестский конфликт был конфликтом географических терминов. Поскольку в западной прессе речь шла исключительно об оккупации Триеста, общественность практически не заметила, что на деле Тито получил львиную долю оккупированной территории.

Южная часть Венеции-Джулии, занимавшая весь Истрийский полуостров, уже в 1947 году, сразу же после подписания мирного договора с Италией, была присоединёна к Хорватской федеративной республике. Также в неё вошёл город Пула с преимущественно итальянским населением, несмотря на то, что он находился в зоне англо-американской оккупации. Северная часть Венеции-Джулии, за исключением Гориции и Триеста, «воссоединилась» со Словенской федеративной республикой.

Под временной оккупацией оказались лишь сам город Триест с окрестностями и небольшой участок побережья современных Словении и Хорватии. На этой территории Совет Безопасности ООН провозгласил Свободную территорию Триест, которая согласно итало-югославскому договору 1954 года была разделена между двумя странами.

Поделиться ссылкой:

Оставьте ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.