maxresdefault

На войне все верующие: в какие приметы верили красноармейцы?

Верили ли бойцы и командиры в приметы во время Великой Отечественной войны? Однозначно верили! В суровых реалиях войны, как говорится, поверишь во что угодно, лишь бы остаться в живых…

На месте раскопок, личность погибшего было бы легче установить если бы у погибшего был смертный медальон, но зачастую он отсутствует. Почему? Потому что многие бойцы верили, что, если при тебе медальон, тебя обязательно настигнет вражеская пуля.

Также существовала примета, что нельзя ничего брать из вещей погибшего, спать на его кровати, а еще никогда не показывать на себе места чужих ранений. И уж тем более никогда перед боем не велись разговоры о смерти. Отсюда фронтовая традиция третий тост не чокаясь — за тех кого уже нет с нами, тихо, без слов…

Опытные бойцы знали, если человек перед боем предчувствуя свою гибель прощается с товарищами, передает письма родным, он притягивает к себе смерть. Старались не слушать его и держаться от него подальше, что бы самому не оказаться на его месте. Наоборот, на фронте жили минутой, часом, днем. О том, что будет потом старались не думать. Жить нужно было здесь и сейчас.

Особенно суеверными были летчики. Не любили, например, черных кошек, женщину идущую на встречу с пустым ведром, а отправляясь в боевой вылет, обязательно нужно было присесть на дорожку и ни в коем случае выйдя за порог возвращаться. А еще у летчиков бытовали приметы: не прощаться перед вылетом — не вернешься, не фотографироваться перед вылетом и не брать в кабину самолета фото, не залезать в кабину с левой ноги, и не дай бог воспользоваться попутной машиной, чтобы добраться до летного поля перед вылетом.

Дважды Герой Советского Союза генерал-полковник авиации в отставке М.П. Одинцов рассказывал:

«Я летал на Ил-2 с бортовым номером «13». Многие считали, что летать с «чертовой дюжиной» ничего хорошего не жди. В некоторых полках вообще эту цифру не наносили на фюзеляж самолета. Я же уверял всех остальных, что это мое любимое число, хотя врал конечно, сам был не в восторге от этого. Просто при распределении мне достался тринадцатый номер. Ну и черт с ним! Сказал я себе, может, меня и машину не бог, а сам черт беречь будет».

У штурмовиков была примета на «счастливую» одежду.
Герой Советского Союза Н.И. Пургин на боевые задания летал в только в одной счастливой гимнастерке, которая со временем изрядно потрепалась, но он никогда не изменял ей. За всю войну Николай Иванович произвел 232 боевых вылета и все в одной и той же гимнастерке, хотя дело, конечно, не в одежде, а в мастерстве. Но ведь верил же, и остался жив!

Многие бойцы и даже командиры, скрытно носили нательные крестики. Как сказал один из фронтовиков:

«Сколько лет из нас христианскую веру выбивали, а все равно не смогли вытравить тягу русского человека к православию!
Ну а примета в то, что снаряд два раза в одну и ту же воронку не падает опровергалась вчистую. Попадет, обязательно попадет, те кто побывал под бомбежкой, когда в небе сотня бомбардировщиков, спорить не будет»…

Поделиться ссылкой:

Оставьте ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.