cf3b01b44d828f26738e12eaba7da415__980x

Боевой путь Панфиловцев: как сложилась судьба дивизии после боя у Дубосеково

Благодаря усилиям писателя Александра Бека довольно широко известна оборона Волоколамского шоссе, а бой на опорном пункте Дубосеково получил просто-таки скандальную славу.

Между тем, взявшись за историю Панфиловской дивизии в подробностях, мы обнаруживаем, что широко известны только, собственно, бои под Волоколамском. А ведь Панфиловская дивизия (316-я стрелковая дивизия, ставшая впоследствии 8-й гвардейской) прошла через несколько знаковых сражений Великой Отечественной, и один из самых острых эпизодов в ее истории произошел уже весной 1945 года.

О том, что делали панфиловцы в августе и сентябре 1941 года, писатели редко упоминают. Дело в том, что дивизия находилась в глубине боевых порядков РККА восточнее Новгорода. Однако это были важнейшие недели. Панфилов получил возможность натаскать подчиненных в непосредственной близости от противника, не бросая их сходу в мясорубку. За оставшееся время Иван Васильевич в бешеном темпе вел подготовку солдат и офицеров.

Военно-полевая идиллия под Новгородом оборвалась в начале октября. Под Москвой началась операция «Тайфун» — рывок вермахта к Москве. В сущности, ее первый этап стал для немцев «сбором урожая»: ослабленные предыдущими боями советские войска не имели реальной возможности сорвать это наступление, и оказались стремительно опрокинуты. Сразу несколько армий попали в котлы у Вязьмы и Брянска, а группа армий «Центр» начала быстро продвигаться к столице.

316-я стрелковая стала одной из дивизий, которая должна была спасти положение. Бои под Москвой стали звездным часом дивизии. Хотя самый известный ее бой относится к середине ноября, самое удачное ее сражение относится к октябрю 41-го.

10 октября дивизия покинула эшелоны в Волоколамске. Ей предстояло воевать в 16-й армии Константина Рокоссовского на Волоколамском шоссе. Поскольку войск под Москвой катастрофически недоставало, фронт обороны дивизии оказался в разы длиннее, чем положено в нормальной ситуации – 41 километр.

Уже 16 октября позиции панфиловцев испытали на прочность. «Экзаменатором» стала 2-я танковая дивизия вермахта – мощное, хорошо укомплектованное соединение, для которого «Тайфун» был первой операцией на Восточном фронте. Перед началом наступления на Москву дивизия располагала 194 танками, и к середине месяца из строя вряд ли вышло много машин. Эту мощь сосредоточили на узком фронте против одного из стрелковых полков панфиловцев – 1075-го. По идее, удар такой массы танков был неотразим.

Сражение под Волоколамском сделало имя дивизии — уже не 316-й, а 8-й гвардейской. Теперь ей предстояло подтвердить звание.

В конце ноября измученную дивизию сняли с Волоколамского направления, но перебросили вовсе не в тыл. Панфиловцы во главе с новым командиром Василием Ревякиным двигались к деревне Крюково (сейчас — в черте Зеленограда). Довоенная карьера Ревякина не содержала резких поворотов, в начале войны он был заместителем командующего 43-й армией, а теперь получил самостоятельное назначение. Новоиспечённые гвардейцы получили задачу вернуть утерянную 30 ноября станцию Крюково. Вермахт исчерпал силы в наступлении, и немецкие войска окапывались на подступах к Москве. Дивизия отлично себя зарекомендовала, и от неё ожидали успехов.

Крюково стало последней операцией 8-й гвардейской в подмосковье. С начала войны дивизия потеряла 3620 человек убитыми, пропавшими и пленными и 6300 ранеными. По сути, почти все солдаты первого призыва выбыли из строя. Дивизию пришлось отвести в тыл на доукомплектование. Отдых продлился до конца января 1942 года. Следующим местом назначения дивизии стал район Холма.

К январю 1942 года РККА и вермахт стояли друг против друга как два готовых упасть в нокаут боксёра. Под Демянском шла борьба на окружение немецкой группировки. Здесь панфиловцам предстояло вновь действовать с новым командиром во главе. Вообще, руководители у дивизии менялись довольно часто. Под Холмом 8-я гвардейская стала, фактически, рейдовой группой.

Удар свежей дивизии сам по себе оказался неостановим: фронт противника держался из последних сил. В глубине обороны вермахта панфиловцам пришлось встретиться с частями не менее известной немецкой дивизии — эсэсовцами из «Мёртвой головы». Противостояния лоб в лоб не получилось: «Голова» отошла внутрь образующегося котла. Немцы удержат котел благодаря умелому и энергичному сопротивлению и эффективному снабжению по воздуху, однако голова стала действительно мёртвой: за время демянской осады она потеряла более 2/3 состава.

Панфиловцы же маршировали на юг. Им удалось поучаствовать также в образовании небольшого окружения у Холма. Вообще, зимняя кампания 1942 года выглядела причудливо: части воюющих сторон перемешались, линия фронта выглядела на карте похожей на плод творчества абстракциониста, и немцы, и русские постоянно попадали в крупные и мелкие окружения.

Эта страница войны 8-й гвардейской почти неизвестна широкому читателю, а между тем она добилась огромного успеха, и если бы Холм и Демянск впоследствии удалось разгромить, то именно этим рейдом 8-я гвардейская вошла бы в историю войны в первую голову. Однако случилось то, что случилось: плоды успеха гвардейцами так и не были сорваны, Демянск и Холм немцы удержали.

Время, когда «котлы» быстро и эффективно громились, пришло значительно позже. Холм искусно защищался, и, как обычно бывало у немцев, снабжался по воздуху. В позиционных боях под Холмом 8-я гвардейская застряла очень надолго. До середины 1944 года она вела почти исключительно местные позиционные бои без особого успеха. Весной 44-го её перебросили на другой участок, но и там ситуация не поменялась.

Более двух лет дивизия почти не вела активных действий. Частные операции завершались сравнительно небольшими потерями — мясорубка Волоколамского шоссе, слава Богу, не повторилась. Но и успехи выглядели очень скромно. Некоторый прорыв наметился лишь в январе 1944 года, когда панфиловцы освободили более сотни населённых пунктов.

Соленый ветер Балтики

Все изменилось летом 1944 года, когда немецкий фронт на востоке рухнул в течение буквально нескольких месяцев на всём пространстве от Балтийского до Чёрного моря. Прибалтика казалась обеим сторонам «медвежьим углом». Солдаты немецкой группы армий «Север» с обычным для военных грубым юмором вывесили на одной из дорог за своими позициями плакат «Здесь начинается задница мира» — бесконечное окопное сидение томило и их. Летом 44-го, однако, скучать не приходилось никому.

10 июля панфиловцы пошли в бой в Латвии. Двинско-Режицкая операция осталась в тени грандиозных наступлений того лета, но это было крупное сражение. Целью русских был город Резекне на востоке республики. Здесь гвардейцы продемонстрировали, что не утратили хватку.

На дворе стоял 1944 год, уровень подготовки РККА вырос значительно, а технического оснащения — радикально. Взлом оборонительных порядков вермахта оказался быстрым и чистым. Котлов на сей раз не получилось, однако в течение трёх недель советские войска преодолели 200 километров, что для пехоты очень неплохой темп наступления. Интересным оказался противник РККА в этом сражении.

К Латвии удалось прорваться по хладным трупам 2-й Латышской дивизии войск СС (она же 19-я гренадерская). Для панфиловцев эта операция стала аккуратным решением стандартных задач: наступление, взлом полевой обороны, преследование, штурм небольших городов. Именно 8-я гвардейская штурмовала финальную цель операцию — город Резекне, иначе Режица. Теперь дивизии предстояло решить новую серьёзную задачу: сражаться в болотах Прибалтики.

Лубанско-Мадонская операция также была частным сражением 2-го Прибалтийского фронта. Она шла в тяжелейших условиях: предстояло взламывать оборону вермахта в сплошных болотах. Прорыв сквозь топи оказался делом ожидаемо нелёгким. На сей раз такого эффектного прорыва, как под Режицей, не вышло. Задачи зачастую были не столько боевыми, сколько инженерными: дивизия постоянно совершала обходы через трясину, прокладывая себе путь по гатям и понтонам. Обходными манёврами немцев постепенно заставляли отступать с обычных рубежей, но продвижение было медленным и громких успехов не принесло. Словом, гвардейцы выступали в роли своего рода чернорабочих войны: медленно выдавливали неприятеля с удобных позиций.

Отдыха панфиловцам не давали. Уже через две недели дивизия прогрызает линию фронта в Прибалтийской операции. На сей раз речь уже идёт об одном из крупнейших наступлений войны. Общей целью фронта стала Рига. Сражение, однако, развивалось неспешно. В октябре панфиловцы поучаствовали во взятии Риги, но на сей раз уже не на первых ролях.

После зачистки Латвии в Прибалтике остался крупный плацдарм вермахта — Курляндия. В этом районе прижатые к морю немецкие части оборонялись до самого конца войны и сдались только после 9 мая 1945 года. Снабжение шло морем. Курляндский котёл, по выражению одного из современных историков, стал «схваткой инвалидов на пересечённой местности».

Ни для СССР, ни для Германии этот тупик не был приоритетным направлением. Ставка усиливала войска в Курляндии по остаточному принципу, но тем не менее периодически попытки сбросить немцев в Балтийское море предпринимались. Здесь произошёл один из самых драматичных эпизодов в истории дивизии.

Глубоко ошибётся тот, кто сочтёт острые ситуации и бои в окружении атрибутом исключительно начального периода войны. Как частям вермахта случалось угодить в локальные окружения летом 1941 года, так и РККА оказывалась в столь же острых ситуациях весной 1945-го. Последний военный март — это случай единственного за всю войну окружения 8-й гвардейской дивизии целиком. Очередное локальное наступление в попытке взломать оборону группы армий «Курляндия» постепенно вязло в болотах. Командование фронтом решилось на рискованный шаг: панфиловцам велели наступать, не оглядываясь на соседей. Прорыв был достигнут, но очень узкий. В ночь на 18 марта немцы в районе Каупини отсекли основные силы дивизии в глубине своей обороны.

Однако на дворе стоял 1945 год, и коллапс окружённых в котле не состоялся. На компункт 10-й гвардейской армии приехал лично маршал Говоров. Основные силы армии сосредоточились на спасении гвардейской дивизии. Один из полков остался вне котла, и именно он при помощи соседей сделал первый шаг к пробиванию кольца. Однако обстановка была просто-таки критической: хотя сплошного фронта окружения не было, все тропинки, по которым шло снабжение, оставались под огневым контролем вермахта.

Благо, наступление панфиловцев до окружения было настолько успешным, что окруженцы могли довольно активно отстреливаться при помощи трофейного оружия и боеприпасов. Однако вызволить окружённых не получалось, и обстановка накалялась. 25 марта немцы предприняли попытку раздавить котёл. По причине крайней степени истощения обеих сторон эти атаки провалились, а ко второму марта, завалив немцев массой стали (в контрударе участвовали крупные силы артиллерии), войска пробились к окружённым частям. Длившаяся неделю эпопея борьбы в окружении завершилась.

На этом война Панфиловской дивизии, по сути, завершилась. После 9 мая группа армий «Курляндия» начала складывать оружие.

316-я, затем 8-я гвардейская дивизия с полным основанием стала одной из самых прославленных в РККА. Конечно 8-я гвардейская не всегда добивалась успехов, но даже решительные критики легенды о 28 бойцах ноября 41-го сходятся на том, что дивизия своей боевой историей заслужила вечную память благодарного потомства.

Поделиться ссылкой:

Оставьте ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.