2019-11-10_10-37-18

Беспримерный подвиг капитана русского брига «Меркурий»

В Севастополе стоит такой памятник «Казарскому. Потомству в пример». Именно такая надпись, простая и лаконичная, украшает необычный монумент в виде греческой триемы в Севастополе, воздвигнутый в честь капитана брига «Меркурий».

Беспримерный подвиг капитана русского брига "Меркурий"

Время стирает из людской памяти и людей и события, меняются ценности и жизненные приоритеты. Нынче патриотизм и такое понятие как офицерская честь вызывает у большинства лишь улыбку. Но несмотря ни на что, людей, являющихся вехами на пути государств и цивилизаций должны помнить. Потомству в пример…

Четырнадцатого мая 1829 года фрегат «Штандарт» и бриги «Меркурий» и «Орфей» находились в дозоре у Босфорского пролива. На подходе к проливу русские корабли обнаружили выходящую турецкую эскадру в 18 вымпелов. Капитан «Штандарта», командовавший русским отрядом, приказал всем кораблям уходить к Севастополю, чтобы сообщить русскому командованию о появлении в море главных сил противника.

Тихоходный «Меркурий» отстал от своих и был настигнут двумя турецкими линейными кораблями. Это были 110-пушечный «Селемие» и 74-пушечный «Реал-Бей». 184 турецким орудиям русские моряки могли противопоставить 18 пушек небольшого калибра, которыми был вооружен «Меркурий». Капитан брига Александр Иванович Казарский собрал офицеров и сообщил им своё решение — принять бой с превосходящими силами противника. Офицеры единодушно поддержали командира. По приказанию Казарского в крюйт-камере на бочку с порохом положили заряженный пистолет. Последний из оставшихся в живых офицеров должен был взорвать бриг, чтобы он не достался противнику…

Неравный бой продолжался более трёх часов. Искусно маневрируя и укрываясь в пороховом дыму, Казарский стремился вывести бриг из-под турецкого огня, и всё-таки «Меркурию» пришлось выдержать несколько страшных бортовых залпов неприятеля. Позже было подсчитано, что в ходе боя бриг получил 319(!) пробоин. Но «Меркурий» не только уклонялся от огня противника, но и поражал его своим огнём. Такелаж «Селемие» был столь повреждён меткими выстрелами русских артиллеристов, что возникла угроза падения мачт. Турецкий флагман был вынужден убрать паруса и лечь в дрейф для устранения повреждений.

Теперь перед «Меркурием» остался один противник, правда, в несколько раз превосходящий его по огневой мощи. Раненный в голову Казарский, не покидая поста, продолжал руководить боем. На борту брига было много раненых и убитых. И тогда Казарский решился на отчаянный поступок. Продолжая вести огонь, он стал сближать свой бриг с «Реал-Беем». Турецкий капитан решил, что русский командир хочет взорвать оба корабля. Турки в панике начали покидать судно. Но когда корабли сблизились, русские артиллеристы несколькими залпами, почти в упор, перебили сразу несколько рей на «Реал-Бее». Паруса рухнули, и многопушечный корабль потерял ход. «Меркурий» же изменил курс и, никем не преследуемый, пошел в сторону родного Севастополя.

Известие об удивительной победе русского брига облетело всю Россию. О подвиге моряков писали не только русские, но и зарубежные газеты. Скромный морской офицер Александр Иванович Казарский стал национальным героем. Ему посвящали стихи и поэмы. На кораблях русского флота матросы пели «Казарскую» — песню, сочинённую в народе. Карьера Казарского резко пошла на взлёт. Некоторое время молодой офицер продолжал командовать разными кораблями, а после присвоения ему звания капитана 1-го ранга Казарский был назначен флигель-адъютантом императора Николая I.

Беспримерный подвиг капитана русского брига "Меркурий"
Александр Казарский

Николай I часто поручал опытному, способному офицеру проведение особо важных ревизий и инспекций в разных губерниях России. Весной 1833 года Казарский был откомандирован на Черноморский флот, чтобы помочь адмиралу М. П. Лазареву снарядить экспедицию на Босфор. Александр Иванович возглавил погрузку десантных войск на корабли эскадры, инспектировал тыловые конторы флота и интендантские склады в Одессе. Из Одессы Казарский переехал в Николаев для проверки интендантов.

Но 16 июля 1833 года, через несколько дней после приезда в город, капитан 1-го ранга, флигель-адъютант императора Казарский внезапно умер. По Николаеву поползли тёмные слухи о причинах его смерти. Уже на похоронах среди провожающих капитана в последний путь слышались разговоры о том, что против Казарского был составлен целый заговор и что он был отравлен.

Всей своей короткой жизнью Александр Иванович Казарский доказал правомерность этой надписи, свято берёг честь офицера русского флота, думал о благе своей Родины и могуществе русского оружия.

По материалам Смирнова Г.И., сайта «История Русских кораблей»

Поделиться ссылкой:

Оставьте ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.