11245

Почему предпочитали молчать о подвиге 5-й танковой дивизии в первые дни войны?

С самого начала Великой Отечественной войны советские танковые войска вступили в боевые действия, и уже в первых же боях танкисты проявили стойкость, мужество и героизм.

В ряду танковых сражений первых дней войны достойное место принадлежит и бою 22 июня 1941 г. 5-й танковой дивизии в районе литовского города Алитус, о чем, к сожалению, в литературе содержатся редкие и разрозненные упоминания. Между тем, как свидетельствуют факты, это был один из первых крупных танковых боев начала войны в ходе которого были осуществлены первые танковые тараны. Молчание, связанное с боевыми действиями 5-й танковой дивизии выглядит, по меньшей степени странно. Ведь в ней служил П. А. Ротмистров, по служебным вопросам с ней контактировал заместитель командира 2-й танковой дивизии того же корпуса И. Д. Черняховский. Удивительно, что даже в боевых приказах первого дня войны, о дивизии не упоминается!

5-я танковая дивизия (командир полковник Ф. Ф. Фeдopoв) вxoдилa в 3-й механизированный корпус (командир генерал-майор танковых войск А. В. Куркин) 11-й армии Прибалтийского Особого военного округа и дислоцировалась в городе Алитус (Литва).

Что касается положения с материальной частью 5-й танковой дивизии, сформированной летом 1940 г. на базе 2-й легкой танковой бригады, артиллерийских и стрелковых частей — то к началу войны на вооружении имелись в основном танки БТ-7, Т-26 и Т-28. На вооружение поступило сравнительно небольшое число новых танков — средних Т-34.

Рано утром 22 июня 1941 г., вторгнувшись на советскую территорию, наступление в направлении на Алитус развернули части 20-й танковой и 7-й танковой дивизий 39 моторизованного корпуса 3-й танковой группы генерала Гота. Гитлеровское командование поставило перед ними задачу: с хода форсировать реки Неман и, используя захваченные плацдармы, продвигаться на Вильнюс. Рвавшимся вперед гитлеровским танковым соединениям в первые часы войны противостояли пограничники, части 128-й и 188-й стрелковых дивизий, оказавшие врагу упорное сопротивление.

Однако, противник, используя превосходство в живой силе и технике, массированно применяя авиацию, к середине дня сумел прорваться к Алитусу. Тогда по приказу командования 11-й армии 5-я танковая дивизия выдвинулась на западный берег Немана для обороны предмостных позиций и с ходу завязала бой с частями 20-й танковой дивизии 39-го моторизованного корпуса 3-й танковой группы Гота.

10-й танковый полк 5-й дивизии в трех километрах западнее Алитуса первым встретил и уничтожил передовой отряд фашистских мотоциклистов. Затем танкисты 9-го танкового полка, артиллеристы 5-го мотострелкового полка и отдельного зенитно-артиллерийского дивизиона 5-й танковой дивизии, подпустив танки врага на 200-300 метров, открыли по ним огонь прямой наводкой. За 30-40 минут боя они подбили 16 вражеских машин. Продвижение танковой дивизии врага было приостановлено.

Тогда на позиции, занятые советскими танкистами на западном берегу Немана враги обрушили бомбовые удары, огонь артиллерии. Они несли тяжелые потери. Вражеским танкам удалось прорваться через мост на восточный берег Немана южнее Алитуса. Но они были сразу же контратакованы подразделениями 5-й танковой дивизии, которые смяли немецкие танки и ворвались в город. Как рассказывают ветераны 5-й танковой дивизии, бой носил ожесточенный характер. Советские танкисты уничтожили большое число боевой техники гитлеровцев (танков, артиллерийских орудий, автомашин), нанесли немалые потери и живой силе врага. О ситуации, в которой оказались бойцы 5-й танковой дивизии свидетельствуют воспоминания участников боев 22 июня 1941 г.:

«…Наша 5-я ТД заблаговременно по боевой тревоге вышла на восточный берег реки Неман и заняла оборону за несколько дней до начала войны. Когда заняли оборону, меня назначили делегатом связи между штабом дивизии и 5 АТБ. В 4.20 мы услышали гул моторов и началась бомбежка военного городка, где остались некоторые хозяйственные подразделения, а потом бросили две легкие бомбы на мост, но не попали…

Примерно в 11.30 привели к штабу мокрую женщину — переплывшую Неман, которая сказала, что за городом она видела немецкие танки, но тут же прокурор крикнул: провокация, шпионка и сразу застрелил ее. А 30 минут спустя, возле моста бойцы задержали мужчину, который был литовцем и на ломанном русском нам сказал, что немецкие танки уже в городе, но и этого оперуполномоченный застрелил, обозвал его провокатором. В это время наши зенитчики открыли огонь по самолетам, и все активнее стали стрелять наши артиллеристы, а через час все батареи открыли дружный огонь, но, по-моему, было уже поздно…»

Показательно в этой связи признание, содержащееся в дневнике обер-ефрейтора 21-го танкового полка 20-й танковой дивизии гитлеровцев — Дитриха. В записи от 22 июня 1941 г. говорится о бое с советскими танкистами в Алитусе следущее: «Здесь мы впервые встретились с русскими танками. Они храбры, эти русские танкисты. Из горящей машины они стреляют до последней возможности.»

Но исход боя решила авиация врага, непрерывно наносившая удары по нашим танковым подразделениям. Не имея прикрытия с воздуха, они понесли большие потери и к исходу дня вынуждены были вновь отойти на восточный берег Немана. Здесь у моста через Неман южнее Алитуса бой с превосходящими силами противника продолжался примерно до 23-х часов. Главный маршал бронетанковых войск П. А. Ротмистров писал, что бойцы и командиры 5-й танковой дивизии «несмотря на всю тяжесть положения, сохраняли мужество и сражались до последнего снаряда, до последнего танка». Советский военный историк В. А. Анфилов в исследовании «Провал «блицкрига» указывал, что в тяжелых условиях боя 22 июня 5-я танковая .дивизия сражалась героически. Об упорном сопротивлении, оказанном 22 июня в районе Алитуса говорится и в книге командующего 3-й танковой группой генерала Гота «Танковые операции «.

В неравном, крайне ожесточенном бою 5-я танковая дивизия уничтожила до 170 танков, бронеавтомобилей и бронетранспортеров противника. Но и наше соединение потеряло 90 боевых машин. С наступлением ночи воины 5-й танковой дивизии вынуждены были отойти в направлении на Вильнюс.

Рано утром 23 июня бой возобновился: советские танкисты вновь приостановили движение моторизованных частей врага. Как докладывал своему командованию один из командиров полка 7-й танковой дивизии гитлеровцев, это был исключительно тяжелый танковый бой.

Однако, соотношение сил оставалось неравным. И хотя бойцы и командиры 5-й танковой дивизии продолжали в течение всего дня 23 июня вести бой с противником, сдержать натиск его превосходящих сил они были не в состоянии. «Подступы к Вильнюсу со стороны Алитуса, — вспоминал бывший начальник штаба 29-го стрелкового корпуса полковник П. Н. Тищенко, — были усеяны трупами и подбитыми танками как немецкими, так и нашей славной 5-й танковой дивизии. Кажется, на южной окраине Вильнюса я присоединил к штабу корпуса башенного стрелка из 5-й танковой дивизии, который еле передвигал ноги, но упорно шел с танковым пулеметом на плече. Он мне рассказал, что 5-я танковая дивизия геройски дралась, пока было горючее и боеприпасы. Его экипаж вынужден был подорвать танк, сняв предварительно пулемет».

23 июня, советское командование не имея достоверной информации о положении на алитусском направлении приказало 5-й танковой дивизии очистить район Кейданяя, после чего быть готовой короткими ударами очищать правый берег Немана в районе Каунаса от частей противника. Но выполнить это распоряжение командования дивизия уже не могла.

Тяжелые невосполнимые потери, многократное превосходство противника вынудили командование дивизии начать быстрый неорганизованный отход. Соединение потеряло, в значительной степени, боеспособность и целостность. После оставления 24 июня Вильнюса воины 5-й танковой дивизии, насчитывавшей к этому моменту всего 15 танков, 20 бронемашин и 9 орудий — приняли участие в оборонительных боях с частями 3-й танковой группы Гота северо-западнее Шнека. Личный состав танковой дивизии, таким образом, полностью, до конца выполнил свой воинский долг.

В советское время о подвиге 5-й танковой дивизии почти не говорили из-за желания умолчать о трагедии первых дней войны, основной акцент в торжественных мероприятиях делался на подвиг воинов освободителей…

По материалам статьи доктора исторических наук, профессора М. В. Ежова «Танковый бой первого дня войны»

Поделиться ссылкой:

11 комментариев

  1. Заглавное фото сделано в период лета 1943 года… Скорей всего на Курской Дуге.

  2. «Примерно в 11.30 привели к штабу мокрую женщину — переплывшую Неман, которая сказала, что за городом она видела немецкие танки, но тут же прокурор крикнул: провокация, шпионка и сразу застрелил ее. А 30 минут спустя, возле моста бойцы задержали мужчину, который был литовцем и на ломанном русском нам сказал, что немецкие танки уже в городе, но и этого оперуполномоченный застрелил, обозвал его провокатором».
    а до этого застрелили трёх маршалов и несколько тысяч полковников и подполковников. — зачистили страну от предателей и троцкистов поэтому и выиграли войну

    1. По-вашему — эти двое расстрелянных как провокаторы, которые говорили правду , враги советской власти ?

    2. Разберитесь в ситуации, в потом пишите про маршалов и полковников. И про троцкистов тоже разберитесь, а то слышали где-то что-то на уровне Солженицына-Резуна и вещаете глупости. Подлинник записи не приведен, ссылок нет. Очень все это похоже на фильмы о войне всяческих ятаквижников, где носятся сумасшедшие гебисты и всех стреляют из любви к искусству. Похоже, что и весь этот материал написан только ради вот этих эпизодов с самочинным расстрелом. А ведь особист был просто обязан отправить за держаных в тыл с целью выяснения, кто и зачем их послал. А права на расстрел у него не было, его за попытку скрыть связи расстрелянных самого могли привлечь…

    3. Может, именно поэтому так бесславно просрали начало этой войны? Ведь инфа о том, что у немцев было решающее превосходство в численности и технике — сказка. Общее количество танков и другой техники (включая авиацию) было в нашу пользу. У немцев было подавляющее превосходство в организации, планировании и логистике проведения боевых операций. А мы преступно проворонили и подготовку к нападению и само нападение, да и комсостав оказался вообще недееспособен. В этом суть всех первых поражений и тоЮ что мы действительно потеряли большинство вооружения ( ПОДОГНАННОГО К ГРАНИЦЕ !), целые дивизии военнопленных, так даже и не вступивших в бой, развал управления фронтами. А то, что наши солдаты сражались (когда удавалось подготовиться) упорно и героически, то и немцы отмечали с самого начала войны.

  3. Ничего героического или значимого там не было: имея гораздо более тяжелые и мощные танки, умудрились проиграть сражение и потерять в 7 раз больше танков. Сказки про 170 уничтоженных немецких танков могут школярам рассказывать…
    Потери сторон
    По данным Митчема[5], 25-й танковый полк немецкой 7-й танковой дивизии потерял почти половину своего состава.
    Советская 5-я танковая дивизия практически перестала существовать.
    Г. Гот сообщил об уничтожении 70 советских танков; с его же слов, немецкие потери составили 11 танков.
    Последствия
    Поражение под Алитусом открыло путь немецким войскам на Вильнюс и далее в тыл советскому Западному фронту.
    Литовский 29-й территориальный стрелковый корпус в боях с немецкими войсками практически не участвовал, а некоторые подразделения даже атаковали советские войска. Из 18 тыс. бойцов и командиров на соединение с Красной Армией вышло не более 2 тыс. литовцев.
    Оттесненная от Алитуса 5-я танковая дивизия во второй половине дня 23 июня дала бой у южной и юго-западной окраин Вильнюса, в ходе которого снова понесла серьёзные потери. Её остатки отступили на юг, в Белоруссию, где 24 июня в районе Молодечно вошли в подчинение командования 13-й армии Западного фронта. В дивизии оставалось 15 танков, 20 бронемашин и 9 орудий.

  4. А чего сегодня искать правых и виноватых? Те и другие покойники, пусть в ином мире и разбираются, а ваши замечания рождают зло о прошлом.

  5. Если влом что либо читать посмотрите архивную революцию. На первые дни войны превосходство было у германской армии, хороше укомплектованные и так же уже прошедшие войну дивизии, четко действующие. Танки наши, в основном БТ-5, Т-26, БТ-7, небольшое кол-во КВ и 34ок, при этом новые танки особо не обкатанные запас хода до капиталки весьма мал, трансмисия и много всяких болезней, экипажи к ним особо не подготовлены. Вообще вся армия в режиме переформирования, разбита на эшелоны. Ну все же даже немногочисленное кол-во и 34 и кв сделали не мало дел да и войска в целом. Конечно у немцев были тоже 2, 3, и чешские танки, но они уже опробаваны в боях где надо увеличена броня, что после боевых действий доработано. Шла слаженная машина. Не надо забывать германия эта хорошо развитая промышленная страна ее промышленность очень часто в истории была на высоком уровне, еще под ней пол европы, их солдаты имели образование 8 классов минимум, а у нас к офицерам только в середине тридцатых требование поставили что в училище могут брать только с 8-ю классами. И страна была не такая богатая, восстанавливали промышленность и в общем темпы очень быстрые, исторические. Но не успели, да Гитлер понимал либо счас либо будет поздно.

  6. …потому и засекречены до сих пор архивы ВОВ….а вместо правды нам рассказывают правила игры в шапкозакидательство и хождения по граблям…

Оставьте ответ

Ваш e-mail не будет опубликован.