soldaty-rona-russkaja-osvoboditelnaja-narodnaja-armija-utochnjajut-boevuju-zadachu-u-feldfebelja-vermahta-copy

«Березино» — диверсионная операция советской разведки, о которой знают не все

«Березино» — это классика разведигры, вершина дезинформации, и поэтому о ней особый разговор.

Немецкое командование почему-то считало, что в белорусских лесах сохранились крупные группы офицеров и солдат, способные прорваться через линию фронта. Был тут, по всей видимости, и чисто прагматический расчет — боевой полк в глубине обороны врага способен нанести немалый вред тыловым коммуникациям, аэродромам, частям.

Стремление немецкого командования поверить в существование такого полка вовремя поддержала советская разведка. Демьянов (перевербованный агент «Макс»-«Гейне») информировал абвер о том, что в лесах у Березины скрывается немецкая часть примерно в две тысячи человек. В ее составе более двухсот человек — больные и раненые.
Солдаты и офицеры испытывают крайнюю нужду в оружии, боеприпасах, медикаментах, продовольствии. «Гейне» в своей радиограмме добавил, что, несмотря на лишения, дух солдат вермахта высок и они с боями готовы прорываться к своим.

Легенду продумывали до мелочей. Подполковник Генрих Шерхорн неспроста был назван командиром группировки. В Берлине плохо знали заштатный 36-й охранный полк. «Больные и раненые», да еще такое количество, естественно, стесняли передвижение, сковывали действия.

Немцы «клюнули» сразу. Через неделю после радиограммы «Гейне» пришел положительный ответ. Фашисты готовы были поддержать «героев» продовольствием, лекарствами, боеприпасами.
Для приема грузов пришлось сообщить координаты «части Шерхорна» и расположения посадочных площадок. Полтора десятка опытных оперативников выехали на место выброски груза и десанта. Среди них были подполковник Исидор Маклярский и майор Вильям Фишер.

В лесу создали ложный лагерь, вырыли землянки, разбили палатки. Все было готово к приему «гостей». Первая высадка диверсантов и… первый «прокол». Из двух парашютистов удалось захватить лишь одного. Радист бежал.
На допросе арестованный немецкий агент подтвердил, что задачей группы было установление связи с окруженной немецкой частью. Назвал он и пароль. Все сходилось.

Однако игру мог сорвать бежавший радист. К счастью, сбежал он без рации. Чекисты искали выход, перебирали варианты развития событий. Немцы также просчитывали ситуацию. В октябре на «базе Шерхорна» приняли нового радиста — Дельникова. Тот согласился работать на нас, передал сотрудникам разведки шифр, график сеансов связи. Ему дали возможность выйти в эфир. Он передал две радиограммы: о своем удачном прибытии и благодарность от Шерхорна.

Вскоре в район проведения операции «Березино» был направлен перевербованный нами Шерхорн. Туда же выехал и Демьянов. Немцы торопились. 9 октября «на базу» высадился десант: унтер-офицер СС Пандерс и рядовые Мурадян, Бушаев. Все они служили в 502-м егерском батальоне под командой Отто Скорцени. Радист Веденин был курсантом Кенигсбергской разведшколы, и его передали в батальон незадолго до выброски в Белоруссии.

Веденин на отдыхе в одной из деревень, выбрав удобный момент, открыл огонь по егерям-диверсантам. Бушаев был убит, Пандерс и Мурадян ранены и схвачены советскими солдатами. К тому времени чекисты захватили еще одну группу во главе с фельдфебелем СС Шифером. Диверсанты также служили в 502-м егерском батальоне. Высадка двух групп «птенцов гнезда Скорцени» могла означать лишь то, что фашисты продолжают проверку существования «части Шерхорна».

Правда, то, что сообщили захваченные парашютисты, не могло не радовать. О группировке Шерхорна было доложено Гитлеру. Важно и другое — выброска диверсантов из специального батальона означала то, что к операции подключился Отто Скорцени — опытный, хитрый враг.
Как выяснилось позже, Скорцени имел свой план вывода группировки Шерхорна через линию фронта. Он предлагал использовать легенду «рабочих батальонов»: выходить под видом немецких военнопленных, которые работают во фронтовой полосе по восстановлению фортификационных сооружений. Идея была дерзкая, но не лишенная здравого смысла.

О том, что свою задумку Скорцени начал воплощать в жизнь, говорили и документы парашютистов. Пандерс и Шифер были снабжены удостоверениями сержантов Красной Армии, а их подчиненные — документами солдат военно-строительных частей.
23 октября «база» приняла еще одну группу диверсантов. На допросе те рассказали, что Гитлер обещал не пожалеть сил и средств для спасения группировки Шерхорна.

Геринг лично приказал выделить несколько самолетов для вывоза бойцов. Через несколько дней должны высадиться врач и пилот для выбора площадок посадки.
Спираль радиоигры стремительно раскручивалась. Штабс-врач Ешке и Хенрих Вильд десантировались 27 октября 1944 года. Они вручили Шерхорну директиву командующего группой армий «Центр» генерал-полковника Рейнхарда.

Действительно, четыре самолета, обещанные Герингом, были наготове наготове и ждали команды. Был порыв принять самолеты с грузом и захватить их вместе с экипажами, но это означало завершение операции. И тогда руководство разведки решило продолжить игру. Но для этого следовало убедить немцев не присылать самолеты. Стали убеждать, мол, Шерхорн находится в кольце войск Красной Армии, ведет тяжелые бои по прорыву блокады. Несколько позже с «базы» ушло новое сообщение: кольцо прорвано, быстро движемся на запад. Самолеты высылать нецелесообразно.

В целях дезинформации и создания видимости движения «части Шерхорна», ее боевых действий Ставка Верховного Главнокомандования дала добро на легендирование захвата штабной машины с секретными документами. В середине декабря радисты Шерхорна передали немецкому командованию, что силы для решающего броска собраны и 20-го начинается переход. В радиограмме был расписан план движения группировки. Все в соответствии с военной наукой: авангард, основные силы, которые возглавлял сам командир, и арьергард под командой подполковника Михаэлиса.

Командира 52-го егерского полка Михаэлиса, кавалера немецкого креста в золоте, чекисты доставили на «базу» незадолго до выступления.
Разведкой было сформировано пять оперативных групп. Они двигались по маршруту Шерхорна. Действуя по обстановке, оперативники выдавали себя то за отряды Красной Армии, то за отдельные группы немецких солдат, то за отряды власовцев. Казалось бы, советские разведчики все просчитали, но фашисты не уставали устраивать проверки по пути следования «части Шерхорна». На следующий день после выступления в расположении «части» была принята группа из шести парашютистов. Все шестеро — уроженцы Белоруссии, прошедшие диверсионную подготовку. Они в прошлом были местными полицаями. Фашисты предлагали «гостей» в качестве проводников.
После беседы с командованием группировки «проводники» передали радиограммы о благополучном прибытии.

Операция «Березино» проходила столь успешно, что Шерхорна решил посетить сам начальник «Абверкоманды» обер-лейтенант фон Барфельд. Опять, как и в прошлый раз в случае с самолетами, руководство НКВД стало перед дилеммой — либо захватить начальника «Абверкоманды», что означало несомненный успех, и завершить операцию, либо продолжить игру.
В дело вмешался его величество случай. Фон Барфельд трагически погиб после посадки самолета на глазах у пилотов. Тело начальника «Абверкоманды» отправилось назад этим же бортом.

Солдат и офицеров группировки Шерхорна поздравили с Рождеством и прислали «подарочки». Один из них — радиомаяк. Немцы то и дело требовали включать радиомаяк. Это означало, что следует ждать новых «гостей».

В первые дни нового 1945 года пришла команда — разведать и подготовить площадку для посадки самолетов. Хотим забрать раненых. Опять пришлось убеждать немцев, что достигнут высокий темп передвижения, группировка быстро перемещается к линии фронта. В который раз просили продовольствия и доложили, что идет поиск площадок для приземления.

Решено было снизить темп, участить «столкновения» с тыловыми подразделениями Красной Армии, чаще сообщать о тяжести и сложности боев.
Так имитировались долгие и тяжелые переходы, «встречи» с врагом, потери. Однако, несмотря ни на что, «часть Шерхорна» двигалась к границам Восточной Пруссии. В марте 1945 года на «базу» пришла радостная весть: фюрер произвел Шерхорна и Михаэлиса в полковники. Награды и более высокие звания получили и их подчиненные.

Будущее оказалось очень разным у всех участников операции «Березино». После войны задействовали «Гейне»-«Макса», но эмигрантские круги не проявили к нему интереса. Демьянов вернулся в Москву.

Шерхорн, Михаэлис и еще два немецких радиста были репатриированы в Германию. Остальные агенты-диверсанты, как немцы, так и русские — расстреляны. В ходе операции «Березино» с сентября 1944 по май 1945 года немцы совершили в советский тыл четыре десятка самолетовылетов, десантировали 22 агента. Все они были арестованы.
В расположение «базы Шерхорна» доставлено более 250 мест груза с оружием, боеприпасами, продовольствием, обмундированием, медикаментами.

Завершилась война… Обе разведки — советская и германская — записали в свой актив проведение беспрецедентной в мировой разведывательной практике операции. Отто Скорцени назвал ее «Волшебный стрелок». На самом деле она носила более прозаичное наименование «Березино». Однако суть не в названии, а в том, что немецкий «Волшебный стрелок» потерпел сокрушительное поражение у берегов белорусской реки Березино…

Источник: М. Е. Болтунов «Короли диверсий»

Поделиться ссылкой:

Оставьте ответ

Ваш e-mail не будет опубликован.